-
3365 0
Митя Беров Митя Беров

Мировая энергетика и Россия. Прогноз развития до 2040 года

Мировая энергетика и Россия. Прогноз развития до 2040 года

В середине 2013 года институтом энергетических исследований РАН был опубликован «Прогноз развития энергетики мира и России до 2040 года». В отличие от прежнего прогноза, который был подготовлен в 2012 году, оценки менее оптимистичны. По мнению авторов исследования, Россия уже не может полностью полагаться на то, что бы жить за счет доходов от экспорта углеводородов. Главная задача для ближайших 25 лет в кардинальном повышении эффективности государственного и корпоративного управления, в том числе в повышении энергоэффективности экономики.

Выдержки из отчета и краткие комментарии авторов. 

В качестве исходного сценария для России (и входных параметров для оптимизационных моделей мировых энергетических рынков) в Прогно­зе-2013 взяты показатели развития, которые в период до 2030 г. в основном соответствуют инновационному сценарию долгосрочного прогноза Министерства экономического развития РФ от начала 2013 г., а затем сохраняют его тенденции. 

Согласно этому исходному сценарию прогнозируется небольшой рост численности населения страны – до 144 млн чел. в 2020 г. с ускоряющимся снижением до 138 млн чел. в 2040 г. Валовой внутренний продукт России увеличится к 2040 г. в 3,2 раза, или в среднем на 3,4% ежегодно, а в расчете на душу населения вырастет в 3,3 раза. Россия при этом до 2030 г. сохранит 6-е место по объемам ВВП среди стран мира, а к 2040 г. опередит Японию и поднимется на 5-е место, упрочив свое геополитическое положение. 

Такой динамике населения и экономики соответствует рост внутреннего спроса на энергоресурсы на 39% к 2040 г., его на 40% создают электростанции. Покрытие этого спроса наполовину обеспечивает природный газ. 

В данном сценарии предполагается, что энергоемкость российского ВВП должна снизиться на 57% к 2040 г. – это быстрее среднемировой дина­мики данного показателя. Однако, несмотря на высокие темпы снижения, энергоемкость российской экономики все же останется выше сред­немировой на 75% (в 2010 г. превышение составляло 90%). 

Исходный вариант предусматривает небольшой рост экспорта энергоресурсов к 2020 г., затем стагнацию и снижение суммарного экспорта при уменьшении вывоза нефти и нефтепродуктов и увеличении экспорта газа, особенно в виде сжиженного природного газа (СПГ). При этом в данном сценарии Россия и через 30 лет остается не только крупнейшим в мире экспортером нефти и газа, но и крупнейшим их производителем. 

Такому внутреннему и внешнему спросу соответствует рост производства первичной энергии на 20%, в основном за счет газа, возобновляемых энергоресурсов и ядерной энергии при уменьшении доли нефти и сохранении доли угля. Добыча газа в исходном сценарии превысит 900 млрд куб. м в год, и сравниться с ней могут только США. Добыча нефти стабилизируется до 2030 г. близко к современной (500 млн т в год) и будет сопоставима с добычей Саудовской Аравии и США. 

Российские ресурсы на мировых энергетических рынках: внешние ограничения 

Расчеты показали существенное уменьшение по сравнению с исходным сценарием размеров воспринимаемых внешними рынками поставок российских углеводородов. 

В базовом прогнозе емкости и цен мировых рынков российская нефть оценивалась по затратам на освоение месторождений и развитие транспорта (согласно данным Goldman Sachs и нефтяных компаний) и с учетом действующего налогообложения. По результатам моделирования, на мировом рынке она оказалась среди замыкающих поставщиков с неполным использованием потенциальных возможностей добычи. В результате с учетом конъюнктуры внешних рынков, в базовом прогнозе российский экспорт нефти и нефтепродуктов снизился после 2015 г. на 25–30% по сравнению с исходным вариантом с потерей 100–150 млрд долл. ВВП в год. 

Если понизить экспортные пошлины на нефть на 35% (до 255 долл./т), то добыча и экспорт российской нефти почти вернутся к исходному ва­рианту. Однако вклад нефтяной отрасли в ВВП страны сократится еще больше, чем без пошлины. Таким образом, сохранение объемов экспорта российской нефти не может компенсировать необходимое для этого уменьшение экспортной пошлины рынков. 

Еще 20–25 млрд долл. ВВП страна будет ежегодно терять от снижения цен нефти в случае реализации сценария «сланцевого прорыва». 

В базовом прогнозе емкости и цен мировых рынков российский газ оценен по отдельным корпоративным публикациям о стоимости основных инвестиционных проектов и тоже с учетом действующего налогообложения. По результатам моделирования мировых рынков газа, Россия также оказалась в числе замыкающих поставщиков на европейском и азиатском региональных рынках с неполным использованием потенциальных возможностей добычи. Учет сложной конъюнктуры внешних рынков и растущей конкуренции с другими поставщиками газа привели к тому, что по сравнению с исходным вариантом в базовом сценарии российский экспорт газа снизится после 2015 г. на 15–20% с потерей 40–50 млрд долл. ВВП в год. 

Если отказаться от действующей экспортной пошлины на сетевой газ (30%), то добыча и экспорт российского газа увеличатся, но так и не до­стигнут уровней исходного сценария. При этом, как и по нефти, вклад газовой отрасли в ВВП страны сократится еще больше, чем без пошлины , то есть фискальное стимулирование экспорта российского газа не компенсирует отказа от экспортной пошлины. 

Еще на 20–25 млрд долл. в год ВВП страны сократится в результате снижения цен газа в случае реализации сценария «сланцевого прорыва». 

Обращает на себя внимание, что негативные для России последствия нефтяной и газовой «сланцевой революции» (даже с учетом ее возможного нового импульса) наиболее сильны в ближайшие 10–15 лет и последовательно ослабевают к 2040 г. 

Прогнозный вариант развития экономики и энергетики России 

Исследование выявило большие угрозы российской экономике и энергетике в результате ожидаемых глубоких трансформаций мировых энергетических рынков. Полученный моделированием базовый прогноз уступает исходному сценарию по всем основным показателям: 

• В базовом прогнозном сценарии в предстоящие 10–15 лет Россия на 20% и более снизит и затем стабилизирует объемы экспорта нефти и газа, хотя и останется крупнейшим мировым поставщиком топлива на мировые рынки. 

• Снижение выручки от экспорта газа, а еще более – от продажи нефти на треть уменьшит вклад углеводородного экспорта в ВВП страны. Свойственные этим отраслям сильные мультипликативные эффекты, а также уменьшение притока в них иностранных капиталов существенно усилят воздействие спада экспортной выручки и замедлят развитие экономики страны в среднем на один процентный пункт ежегодно. Тогда по динамике ВВП Россия вместо описанного в исходном сценарии небольшого опережения роста среднемирового ВВП будет демонстрировать отставание от него и не поднимется выше сегодняшнего 6-го места в мире. Это, естественно, в определенной мере ослабит геополитические позиции страны. 

• Замедление темпов роста ВВП приведет к ухудшению всех основных параметров российского ТЭК – объема инвестиций (включая инвестиции в энергосбережение), потребления и производства энергоресурсов. При умеренном сокращении внутреннего спроса суммарное производство энергоресурсов уменьшится сильнее, чем экспорт, хотя Россия сохранит сегодняшнее место третьего крупнейшего их производителя в мире. 

 

На первый взгляд, для противодействия этим угрозам полезно уменьшить или даже ликвидировать пошлины на экспорт углеводородов, тем более что крупные игроки мировых рынков их не практикуют и это не одобряется ВТО. Отказ от пошлин, конечно, повысит внешнюю конку­рентоспособность российских углеводородов и позволит увеличить объемы экспорта, но имеет два отрицательных следствия. 

Во-первых, как упоминалось, вклад экспорта в ВВП только сократится из-за того, что прирост размеров вывоза будет меньше потери от снижения пошлины, накладываемой на весь его объем. 

Во-вторых, это обоснованно повысит внутренние цены газа и нефтепродуктов, что замедлит развитие и уменьшит добавленную стоимость большинства видов экономической деятельности и еще больше затормозит экономику страны. 

По-настоящему результативным средством противодействия внешним вызовам должно служить радикальное повышение инвестиционной эффек­тивности российского ТЭК и энергетической эффективности экономики в целом. По обоим направлениям Россия имеет уникальные возможности. Действительно, российский ТЭК уже осуществляет гигантские капиталовложения, которые в ближайшие годы должны еще вырасти в соответствии с утвержденным Схемам развития отраслей ТЭК и достигнуть беспрецедентных 6–7% от ВВП, при том, что в среднем по миру этот показатель составляет около 1,3-1,5%. Аналогично национальное хозяйство России имеет один из самых низких в мире показателей производства ВВП с единицы энергии (втрое меньше среднего по миру), и к 2040 г. в прогнозном варианте этот разрыв практически не уменьшится. Произошедший в последние годы форсированный рост цен на энергоносители не дал заметной интенсификации энергосбережения по двум основным причинам. Первая – высокая стоимость капитала и практическая недоступность «длинных» денег, необходимых для серьезных мер энергосбережения. Вторая причина – чрезмерная технологическая и правовая зарегулированность процесса оформления прав на осуществление энергосберегающих проектов и, особенно, на получение дохода от их реализации. Устранение этих барьеров даст гораздо больше для повышения энергоэффективности экономики, чем дальнейший рост цен на топливо. 

Для устранения такого расточительства потребуются две согласованные группы мер – инновационно-технологическая и хозяйственно-организа­ционная. Первая имеет стратегический характер и требует длительного постоянного воздействия. Вторая же группа допускает достаточно быстрые и действенные решения, столь необходимые при ожидаемых глобальных турбулентностях. В российском ТЭК целью хозяйственно-организационных мер должны стать в первую очередь радикальное снижение стоимости инвестиционных проектов и тщательные оценки их экономической эффективности и рисков. Необходимо ранжировать инвестиционные проекты, в том числе направленные на диверсификацию маршрутов, продуктов и рынков сбыта с отказом или отсрочкой реализации экономически неэффективных. Это подтверждают и результаты анализа зарубежными и российскими специалистами стоимости отечественных энергетических проектов, которые регулярно показывали кратное их удорожание по сравнению с мировыми аналогами, и при этом нередко мощность построенных объектов годами была слабо загружена. Например, газопровод «Голубой поток», предназначенный для поставок природного газа через акваторию Черного моря напрямую в Турцию, в течение 10 лет был загружен менее чем на 50%. 

Вторым необходимым (но далеко не достаточным) условием повышения эффективности и снижения рисков инвестпроектов является широкое исследование перспектив внешних и внутренних энергетических рынков. Настоящий второй цикл таких исследований демонстрирует возможные подходы, усовершенствованные средства и новые результаты, но еще недостаточен для полноценной оценки экономической и особенно коммерческой эффективности конкретных проектов. В стране очевидно необходимы создание механизма постоянного мониторинга и корректировки экспортной политики (при четком соответствии ей всех тактических действий) и создание российской системы прогнозирования перспектив развития энергетических рынков с возможностью анализа их чувствительности к различным факторам, включая поведение основных игроков. 


Главным же условием повышения конкурентоспособности российского ТЭК является коренное улучшение качества государственного и особенно корпоративного управления. В последнем важную роль может сыграть привлечение иностранных партнеров в консорциумы по освоению ресурсов (особенно в восточной части страны, на шельфах и месторождениях нетрадиционных углеводородов). При правильной постановке дела это позволит: 

• привлечь внешние инвестиции и передовые технологии, 

• развить более перспективные в новых условиях виды бизнеса, 

• обеспечить жесткий контроль затрат и результативности деятельности, 

• получить дополнительные гарантии сбыта продукции, 

• облегчить доступ к логистике и адаптацию к правилам внешних рынков. 

Предварительные оценки показывают принципиальную возможность компенсировать комплексом таких своевременно принятых мер негативные последствия предстоящих трансформаций мировых энергетических рынков с возвращением экономики и энергетики России к исходному сценарию развития. 

В целом можно констатировать, что принятая в 2009-2011 гг. Энергетическая стратегия России на период до 2030 г. и конкретизирующие ее Генеральные схемы развития отраслей ТЭК уже вопиюще не соответствуют сегодняшним реалиям мировых рынков и последнему прогнозу социально-экономического развития России. Все это указывает на абсолютную необходимость ревизии энергетической политики страны и планов крупных (особенно государственных) компаний. Россия никогда прежде не сталкивалась со столь жесткими ограничениями на внешних рынках, и адаптация к ним потребует серьезных усилий и трансформаций со стороны всех участников нефтегазовой отрасли.

Теги:
развитие россии 2040 энергетика экономика нефть газ

Комментарии к статье

Добавить комментарий

Опрос

Статьи на какую тематику вы хотели бы видеть чаще?

  • Сланцы
  • Нефть
  • Газ
  • Добыча
  • Программное обеспечение
  • Новинки отрасли
  • Сланцы 1 100%
  • Нефть 3 100%
  • Газ 3 100%
  • Добыча 1 100%
  • Программное обеспечение 1 100%
  • Новинки отрасли 4 100%

Восстановление пароля

Войти

или

Восстановить пароль

Регистрация

или

Восстановление пароля

Вы действительно хотите удалить всю переписку с данным пользователем?

Отменить это действие будет невозможно.

Удалить Отменить

Новое сообщение

закрыть
Система Orphus